«Было очень много украинцев в Москве - это был другой мир». Интервью Роднянского.

Из интервью Роднянского - Гордону:

«Было очень много украинцев в Москве, руководившими достойными компаниями в разных сегментах. Ну, и не только украинцев. Комьюнити экспатов, в котором я жил первые несколько лет, англоязычная среда была более миллиона человек. Было радио англоязычное, были газеты, дочь моя училась в англоязычной школе... То есть я возглавлял американскую компанию. И это был другой мир. А потом, со временем, это становилось все более жестко, и ко мне уже несколько раз обращались близкие и друзья, говоря о том, что "сложно иметь дело, если ты не примешь российское гражданство".

Я не захотел. И мы остались все с украинским гражданством. Больше того, и в доме, и со мной работали все те, кто работал в Киеве… 25–26 лет со мной работали люди – и все были с украинским гражданством.

Я понял, что могу делать важные фильмы, создающие пространство дискуссии в стране, поляризующие аудиторию, заставляющие ее спорить, дискутировать и, может быть, меняться. И я всегда полагал, что эта функция бесконечно важна, что это некая ответственность. В особенности, когда ты – а я этим горжусь – работаешь с лучшими художниками своего времени... Потому что Андрей Петрович Звягинцев – выдающийся художник, без сомнения. Я снимал антипутинское, антирежимное, антигосударственное кино.

Я никогда не встречался с Путиным. И я не пошел на встречу с Путиным, когда ему показывали "Девятую роту". Я никогда не встречался с ним. Я всячески избегал встреч.

Откуда у Путина представления о жизни? Близкие ему подбросили учебники истории, которые они сами и пишут для него, в которых написано, что Ленин создал украинское государство. И он в это верит.

К сожалению времена 90-х, когда Ельцин говорил "берите столько суверенитета, сколько можете", обращаясь к регионам, завершились в России очень давно. 

24 февраля я начал выступать – и где-то дня через четыре опубликовали это письмо Шойгу, в котором он потребовал, объединив меня с президентом Зеленским, вычеркнуть нас "из культурной повестки России". На следующий день мне позвонил мой близкий товарищ и сказал: "Ну, старик, тебе пора уезжать". И мы с женой с двумя чемоданами после 20 лет жизни в большом доме, главном доме, который мы построили в своей жизни, собрались – и поехали. Товарищ нас своим самолетом и увез. Вот, собственно, так и случилось.

Последние четыре года я развивал новую компанию в Лос-Анджелесе. Я понимал, что все равно из профессии сейчас я точно не выпаду. Больше того, эта компания в очень хорошей форме. Я уже не делаю, к сожалению или к счастью, русскоязычных вещей вообще. У меня нет русскоязычных проектов».
—
Обсудить в моем Телеграм: https://t.me/babaiga/7325