фб

radulova


Наталья Радулова


Previous Entry Share Next Entry
Оборона Одессы: трактор, коробки от кинопленки, трамвай...
фб
radulova


Тут в комментариях посмеялись над НИ-1, о котором я писала в предыдущем посте. Это обычный трактор, который во время обороны города в 1941 году одесситы слегка модернизировали в некое подобие легкого танка и шли на нем в бой. Защитники города, не теряющие юмора даже в войну, прозвали эту машину НИ-1, "На испуг". В принципе я сама готова улыбнуться, вспоминая этот исторический факт, но не язвить и не зло насмехаться. Но вот нашлись насмешники. Ахаха, сказали мне, они б еще до Берлина на этих тракторах с фарами дошли, Гитлера б испугали. Ахаха, фиговы оборонщики, мол.

Ну что ж. Я вам скажу за оборону Одессы. Эта оборона продолжалась 73 дня, прекратилась только по приказу и не диванными, а военными экспертами всего мира признана успешной. («Это была первая успешная оборона морской крепости во второй мировой войне» Р.Эрнест Дюпюи, Тревор Н. Дюпюи. Всемирная история войн (в 4-х тт.)). Наши солдаты и морячки при очень активном участии горожан, которые и воевали, и вот такие тракторы переделывали, больше двух месяцев отражали удары значительно превосходящих сил противника. (Фактически 1:10). Благодаря их стойкости и в том числе рассмешившей вас находчивости, выигрывалось время, пока по морю эвакуировали судоремонтные заводы, культурные и исторические ценности, гражданское население, обеспечивался отход кораблей и войск.

Я вам больше скажу. Там не только трактора использовали. Исследователь обороны Одессы С.А. Вольский отмечал: "Трудно найти в истории войн другой пример, когда так смело поднимались бы установленные стандарты оружия".Одесса не имела предприятий оборонной промышленности, но заводы и фабрики с сугубо мирной продукцией перешли на изготовление оружия. Для производства противопехотных мин в качестве корпуса использовали жестяные банки из-под консервов, для противотанковых — коробки из-под киноплёнки. На производство миномётов пошли трубы с Одесского нефтеперерабатывающего завода. Была изобретена и собственная конструкция ручной гранаты.



Ветеран Иван Полтовец, чьи воспоминания записаны на сайте "Я помню", рассказал: "Многие одесситы добровольно пошли в армию, а также постоянно помогали нам продовольствием. На нашу 97-ю батарею привозили папиросы, конфеты и сахар. Мы были в восторге от того, как заводы, которые до войны выпускали макароны, одесситы быстро переоборудовали под выпуск пороха. Кстати, часть наших тракторов, которые на батарее (наша 97-я зенитная артиллерийская батарея считалась одной из самых современных по комплектации и оснащению на Черноморском флоте) использовались для того, чтобы перевозить орудия, забрали на местные заводы. Там на них одевали кое-какую броню, устанавливали пулеметы, и в наступление на румын такие бронетракторы посылали с надписями «Смерть фашизму». Они производили при наступлении столько шуму, что румыны перед ними разбегались, думая, что на них наступают танки. Особенно активным использованием таких бронетракторов отличалась морская пехота полковника Осипова".



Всего под бомбежками и непрекращающимися артобстрелами рабочие построили 60 танков системы НИ. Но не только самодельными танками была интересна оборона Одессы. Пожалуй, не менее грозными были... трамваи! На грузовую платформу установили 47-мм морскую пушку. Трамвай с этой пушкой ходил на передний край — в район Пересыпи, Полей орошения и Хаджибейского лимана. А еще трамвай возил бойцов. Весьма характерно для Одессы: на оборону ехать на трамвае, как на рынок или на работу… Сейчас этот трамвай можно увидеть в музее на бывшей 411-й береговой батарее.



Еще город дал своим защитникам 3 бронепоезда, 1262 миномёта, более 1000 траншейных огнемётов, 210 тысяч ручных гранат и многое другое. Давала Одесса и людские подкрепления. В самом городе были сформированы истребительный батальон порта, районные отряды обороны, а также женский оборонительный батальон. Рабочие отряды сражались отчаянно. Из-за острого дефицита оружия в атаку они шли, имея в руках только гранаты и бутылки с горючей смесью, вырывая автоматы и винтовки из рук ошеломлённого врага.

Относительно небольшая группа защитников Одессы сдерживала продвижение правого крыла войск группы армий «Юг» вермахта. Было отвлечено и сковано до 18 дивизий общей численностью свыше 300 тысяч военнослужащих. Общие потери вражеских войск в районе Одессы составили свыше 160 тысяч военнослужащих, около 200 самолётов и до 100 танков. (Наши потери - около 15 тысяч человек).

При этом враги перекрыли городу питьевую воду! Летом, в дикую жару. (Об этом фильм "Жажда"). Полтовец вспоминал про воду: "Вообще же, на мой взгляд, самым опасным моментом за все время обороны Одессы стало взятие румынами близлежащего к городу села Беляевка, где находилась городская насосная станция, снабжавшая Одессу днестровской водой. Тогда выдача воды как одесситам, так и военным была строго рационирована. Тогда наши моряки проникли в тыл врага, дали на некоторое время воду, и мы смогли собрать большой запас воды. А первое время, когда население и воинские части получали воду строго по норме, было очень туго".



Всеволод Алексеев воевал в одесских катакомбах, которые тоже вошли в историю: "У нас кончилась вода. Попытался один — засекли его и из автомата положили у ручья. Вот здесь я понял: без хлеба можно жить неделю-другую; без воды — четыре дня, больше не проживешь. Немцы сунулись было к нам, но у нас вооружение было — винтовки там, гранаты. Автоматов я ни одного не видел. И народу — человек 70-80, в основном из местных. Немцы сунулись — а там еще до нас так было сделано: вход, от него метрах в 10 все заложено камнем, оставлена только щель, чтобы протиснуться. Еще метров через пять-шесть — еще одна стенка, и тоже щелка. И вот когда немцы первый раз пошли туда, наши их гранатами забросали. Они сразу поняли, что соваться сюда нельзя. И они сразу там пулемет поставили. Стреляли-стреляли-стреляли! День проходит, второй проходит. Пить хочется, а воды нет. И вот один все-таки решился. Ушел ночью. Как он сумел пройти?! Спали эти пулеметчики, которые дежурили у пулемета, что стоял у входа в катакомбы? Но он спустился, набрал котелок воды или флягу и сумел придти. Это уже на четвертый день. А во рту уже все пересохло, глаза слезятся, температура тела повышается, горишь. Еще бы день-два и начались бы смерти. Кто послабее. Я-то молодой еще был, здоровый. Конечно, ртом нельзя дышать было, все высыхает. Он принес, всем на язык, как говорится, по капле".



Полтовец вспомнил про захваченные орудия: "22 сентября на побережье севернее Одессы в районе села Григорьевка был высажен морской десант, который должен был отбросить румын от города, в результате которого были разгромлены 13-я и 15-я румынские пехотные дивизии. Десант действительно удался, моряки проявили мужество и героизм, а орудия, которые стреляли по городу и порту, были провезены по его улицам с говорящей надписью: «Стреляла по Одессе. Больше по Одессе стрелять не будет!» Эти орудия показывали и нам, я их лично видел".


Еще удивительный факт: город на суше защищали моряки. Из воспоминаний Григория Замиховского: "На кораблях, объявили набор добровольцев в морскую пехоту на помощь Одессе. От каждой боевой части брали не более трех человек. Только артиллеристам позволили отправить десять моряков. На корабле служило около тридцати одесситов и все потребовали отправить их на защиту родного города. Наш командир Годлевский посмотрел на список желающих и сказал, - "А я с кем воевать буду", и нас, как он выразился -"биндюжников"- отпустил только половину...
Патронов у нас было мало, гранаты выдавались по две штуки на отделение, с указанием беречь их, и расходовать, только если на нас пойдут танки противника. Каждый день, на своей крови мы учились воевать на суше... Мы ходили и бравировали своей смелостью, своим пренебрежением к смерти. И это было не пижонство и проявление какой-то незрелости. Мы шли умирать за свою страну сознательно. Каждый сошел на берег добровольно, прекрасно понимая, что ждет его впереди...
В штыковые мы ходили не только из-за перебоев с боеприпасами, просто тогда мы иначе воевать еще не умели. В сорок втором немцы уже нас, на расстояние штыкового броска редко подпускали. Тогда появилась среди нас расхожая фраза - "Я немцу в глаза смотрел". Это означает, что ты участвовал в штыковой атаке. Когда сходились две стороны в бою, получалось само собой, что каждый выбирал себе цель, и были какие то секунды -, что перед тем как схлестнуться, - все останавливались и смотрели с ненавистью в лица врагов. Мы на немцев, немцы на нас. Стояли один напротив другого... Кто глаза отвел, считай уже погиб...
Вообще, мы не верили, что Одессу сдадут, когда получили приказ оставить позиции и грузиться на корабли, многие не доумевали - почему сдаем Одессу? Город можно было еще удерживать. Немцы с самолетов засыпали город листовками, с текстом - "Мы пришли мстить сталинским комиссарам и жидам". Многие не уехали в эвакуацию, думали что все обойдется..."



Иван Кулибаба: "Митинга у нас не было, разве что организовали импровизированные выступления, на которых главный смысл всех разговоров был один – защитим наше Отечество. У нас было настолько развито предвоенное и школьное военно-патриотическое воспитание, так что о том, чтобы умереть за Родину – это не являлось само по себе героическим поступком. Каждый был готов отдать свою жизнь за нашу страну... Нас построили и говорят: «Одесса просит помощи, кто имеет желание добровольно пойти в морскую пехоту, помогать одесситам?» Все до единого человека, а спрашивали поименно, сделали два шага вперед. У меня в отделении был Юра Качалов, он только пришел к нам на батарею, молодой матрос. Так он ответил: «Я тоже готов, только есть проблема – я еще не изучил ручной пулемет». Ребенок, дите».

Леонид Иванов: "Там моряков было много с боевых кораблей: одеты в армейскую форму, но когда идут в атаку – расстёгнут воротничок, тельняшка видна, бескозырку в зубы, чтоб «полундра» – и вперёд. И вот я там впервые пошёл в атаку... И – до сих пор помню: бегу, смотрю – десять человек лежат. Я думаю: «Чего же они лежат, чего они не бегут?!» Потом – доходит: «Это же убитые!» Вот так, значит, первая такая атака…
Ну, было, конечно, положение тяжёлое, потери были и так далее. И 1-го октября Сталин дал команду Одессу эвакуировать. Почему? Потому что немец подходил к Перекопу и была угроза захвата Крыма. А если займёт Крым – Одессе точно каюк. Ну, что? Из Одессы раненых – куда? В Крым. Боеприпасы – откуда? С Крыма. Ну, и другие… И наша задача состояла в том, чтобы противник не знал, что мы готовимся эвакуироваться. Иначе, если он узнает – он тогда «на плечах» ворвётся... всё, потеря будет сплошная".

Иосиф Лемперт: "Скажу вам честно, никто из нас не одобрял эвакуацию защитников города. Мы тоже тогда не могли толком понять - почему оставляем Одессу… Я уходил из города на транспорте «Белосток», на последнем крупном судне покинувшим одесский морской порт. В последней волне эвакуации из города вывезли 16.000 защитников Одессы. И когда наш транспорт отошел от стенки портового причала, на сердце было очень тяжело".


Одесса не просто так носит звание города-героя.

  • 1
Горит черноморское солнце

Музыка: Александр Долуханян. Слова: Марк Лисянский.

Горит черноморское солнце в тумане,
Акации с нами в пути,
По улице песня шагает и манит.
Солдат, в ногу с песней иди.

Отец твой прошел эту улицу с боем,
Под танки бросался твой брат.
Тогда лишь становится город героем,
Когда стал героем солдат.

Тебе доверяет родная держава
Безбрежный простор голубой.
С тобой броненосца "Потемкина" слава,
Котовского слава с тобой.

Так будь же всегда этой чести достоин,
И подвиг прославится твой,
Великой страны несгибаемый воин,
Советской земли часовой.

Растаяла в море тумана завеса,
Под солнцем играет волна.
С любовью глядит вся Одесса,
Глядит на тебя вся страна.

Отцовское знамя шумит над тобою,
Под ним шел в атаку твой брат.
Тогда лишь становится город героем,
Когда стал героем солдат.

Горит черноморское солнце...

Начало стихотворения, наверное, небратьям нравится. Тешит национальные яйцы. Они вон и над пожаром в Тюмени смеялись. Сука, ну как это? Совсем уже человеческий облик потеряли. Планета обезьян, блять.

Так ведь помимо начала еще и конец есть. Йех, старче, по больному месту вы саданули.

Я не спецом же. У меня тоже есть точка болевая.

Да я без претензий. Простая констатация факта, а он таков, каков есть - уж если что-то болит, так болит.

Все нормально. Я в этой болевой точке стрелял в людей. Поэтому не люблю писать за политоту.

А и не надо. Ни в коем случае не настаиваю, но если крещены - сходите на исповедь. Должно полегчать.

Здо'рово. Спасибо.

Сейчас этот трамвай можно увидеть в музее на бывшей 411-й береговой батарее.
Исправьте пожалуйста, никто бывшей её не называет.

Edited at 2018-01-12 03:52 am (UTC)

Потому что батарея была боевая, а теперь мемориальная наверное. Её называют просто : четыреста одиннадцатая, и все.

Ага. Ну, понял, спасибо. А вы вот насчет любого памятника можете рассказать? Вот там, например, про статую Свободы Родина-Мать в Волгограде?

Может, по той же причине, по которой нет "бывших" дома Павлова, Сталинграда, Ленинграда и много чего другого.

Да, такое забывать нельзя.
Спасибо за текст.

>"Трудно найти в истории войн другой пример, когда так смело поднимались бы установленные стандарты оружия".

а вот пример из Гражданской войны - знаменитую "пулемётную тачанку" (подрессоренную повозку с пулемётом) "изобрели" не дипломированные инженеры или военные, а полуграмотные красноармейцы и неграмотные махновцы.

До этого "господа инженеры" много лет не могли сообразить, что пулемёт можно ставить на подрессореную гражданскую повозку....

  • 1
?

Log in

No account? Create an account