Наталья Радулова (radulova) wrote,
Наталья Радулова
radulova

Category:

Кровавое Воскресенье



9 января 1905 года царские войска в Санкт-Петербурге расстреляли безоружных людей, идущих с челобитной к царю.

Идея обратиться к царю с петицией о народных нуждах принадлежала священнику Георгию Гапону.
В своих мемуарах Гапон вспоминал, что на эту идею его навели беседы с Е. А. Нарышкиной, статс-дамой при дворе царя Николая II. По её словам, Николай II был добрым и честным человеком, но лишённым твёрдости характера.

В своём воображении Гапон создал образ идеального царя, не имевшего случая показать себя, но от которого только и можно было ожидать спасения России. «Я думал, — писал Гапон, — что, когда наступит момент, он покажется в настоящем своём свете, выслушает свой народ и сделает его счастливым».

Гапоном была высказана мысль об обращении к царю коллективно, «всем миром». «Надо всем нам просить, — говорил он на одном собрании рабочих. — Мы мирно пойдём, и нас услышат».

Николай II и правительство знали о происходящем и подготовились, вызвали в город войска. Политический характер выступления и стремление демонстрантов прорваться сквозь оцепление солдат стали причиной разгона шествия, в ходе которого против безоружных рабочих было применено огнестрельное оружие.

Примечательно, что одним из первых - был убит старик Лаврентьев, нёсший царский портрет.

По свидетельству художника В. А. Серова, наблюдавшего за происходившим из окон Академии художеств, «То, что пришлось видеть мне из окон Академии художеств 9 января, не забуду никогда — сдержанная, величественная, безоружная толпа, идущая навстречу кавалерийским атакам и ружейному прицелу — зрелище ужасное».

Николай II написал в дневнике «Тяжелый день». И чуть позже великодушно сообщил, что прощает убитых... Затем в его дневник вернулись обычные записи о том, сколько галок и попавшихся под руку кошек он сегодня перестрелял на охоте.

Убеждённый монархист, барон Н. Е. Врангель (отец П. Н. Врангеля) писал: «Одно мне кажется несомненным: выйди Государь на балкон, выслушай он так или иначе народ, ничего бы не было, разве то, что царь стал бы более популярен, чем был… Как окреп престиж его прадеда, Николая I, после его появления во время холерного бунта на Сенной площади! Но Царь был только Николай II, а не Второй Николай»

Генерал А. И. Спиридович, впоследствии начальник дворцовой охраны Николая II, считал, что власти прозевали верноподданное народное движение, которое могло бы поднять престиж монархии.

Другие же считали, что никакого иного выхода у властей не было. Так, известный историк С. С. Ольденбург писал: «Власти были застигнуты врасплох быстро возникшей опасностью, политический характер движения выявился лишь 7 января. Создалась угроза движения стотысячной толпы к Зимнему дворцу с петицией антиправительственного и революционного содержания. Допустить манифестацию значило капитулировать. Полицейский аппарат в то время был слаб и приспособлен к поимке отдельных лиц. Это стало очевидным ещё в 1903 году во время еврейского погрома в Кишинёве, уличных беспорядков в Киеве и Одессе, что в случае массовых манифестаций или беспорядков русская полиция бессильна. К примеру, власти Третьей республики во Франции, чтобы предотвратить массовую демонстрацию, арестовывали на сутки несколько сот (а то и несколько тысяч) предполагаемых участников и руководителей… Создалась опасность захвата революционизированной толпой центра столицы Империи. Единственным возможным способом помешать этому была установка кордона из войск на главных городских магистралях, ведущих в центр города. Были напечатаны объявления градоначальника, предупреждавшие, что шествие запрещено и участие в нём опасно, но типографии, в солидарность с готовившейся манифестацией, закрылись и в целом предупреждение до тех, кому оно было адресовано, не дошло».

Военные действовали согласно уставам, позволявшим открывать стрельбу в случае, если толпа не слушает предупреждений и подходит ближе известного расстояния. В большинстве случаев военные делали предупреждения о стрельбе, однако в одних местах демонстранты их не слышали, в других не понимали их смысла, а в третьих не обращали внимания.

В итоге погибло по данным властей 130 человек, ранено 300-800, арестовано почти 700. (В статье В.И. Ленина «Революционные дни», опубликованной в газете «Вперёд» 18 января, со ссылкой на иностранные газеты говорилось о 4600 убитых и раненых. Но это ничем не подтверждённые факты - у иностранной прессы и у Ленина были свои цели. В 1929 году в советском журнале «Красная летопись» были опубликованы воспоминания бывшего врача Обуховской больницы А. М. Аргуна. Врач опровергал слухи о неучтённых трупах, будто бы хранившихся в тайных подвалах больниц, и сообщал цифры поступивших в больницы убитых и раненых, близкие к официальной статистике).

После 9 января массовые аресты производились также среди журналистов, прошли обыски в редакциях либеральных газет. Но все же именно после Кровавого воскресенья активизировалась как либеральная оппозиция, так и революционные организации; началась Первая русская революция.
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 34 comments
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →